EnglishРусский
АГРОИНВЕСТОР Печать E-mail

                                          «Ставропольский фермер» разделает баранину. Компания инвестирует в завод

                                                                по убою и выращиванию овец 3,2 млрд рублей"


Алена Белая
4 октября 2018


       Проект, включающий выращивание овец, их убой и разделку, реализуется на базе мясохладобойни в Ставропольском крае. Это будет целый кластер по производству баранины, рассчитывает региональная администрация. Перспективы предприятия видятся неплохими. Главный вопрос успеха — обеспечение сырьем в течение всего года.

 
         В Ставропольском крае реализуется проект строительства завода по убою мелкого рогатого скота (МРС). Мощность мясохладобойни, которую возводит компания «Ставропольский фермер», составит до 600 тыс. голов в год. На базе предприятия планируется создание целого кластера по производству баранины совокупной стоимостью 3,2 млрд руб. Реализация проекта будет идти в 2018—2020 годах в два этапа. По информации Минсельхоза Ставропольского края, помимо убойного завода, в рамках первого этапа запланировано строительство фермы откорма ягнят, в рамках второго — комплекса по содержанию маточного поголовья овец на 100 тыс. животных.
Австралийская модель
     Запустить завод, рассчитанный на убой 200 голов мелкого рогатого скота в час с возможностью увеличения этих мощностей до 400 голов, «Ставропольский фермер» планировал в сентябре этого года. Однако, как сообщил «Агроинвестору» замгендиректора компании Александр Калиничев, ввод предприятия в эксплуатацию откладывается, впрочем, он добавил, что «сроки подвинутся незначительно». «Проект реализуется», — заверил топ-менеджер.
Кластер создается по австралийской модели: сначала мощности по переработке, затем формирование стада. «Судя по австралийскому опыту, который можно считать весьма успешным, есть все основания полагать, что комплекс полного цикла выращивания и переработки баранины, начинаемый именно „сверху“, т. е. с мясохладобойни, имеет все шансы быть не просто высокорентабельным, но и быстро окупаемым», — считает аналитик «Финама» Алексей Коренев. Так как определенные возможности по поставке сырья в регионе уже имеются, загрузить производство можно сразу, как только соответствующее оборудование, логистика и системы управления бизнес-процессами будут выведены на рабочий режим, комментирует он. А последовательное выстраивание сопутствующей инфраструктуры делает проект легко масштабируемым.
     По данным замдиректора Всероссийского научно-исследовательского института овцеводства и козоводства Галины Бобрышовой, общее стадо овец на Ставрополье оценивается примерно в 2 млн голов, из них около 1,4 млн — маточное поголовье, которое может дать 500 тыс. баранчиков для убоя. Также ежегодно в отарах региона выбраковывается 20% поголовья, которое также можно использовать для переработки (это уже 400 тыс. голов). Кроме того, можно закупать для переработки животных из соседних республик. «Сырьевая база будет, если работать со всеми видами поставщиков — и с личными подсобными, и с фермерскими хозяйствами. Вопрос в цене — что предложат производителям? Достойная цена легко наполнит предприятие, — уверена эксперт. — Конечно, в крае есть и другие переработчики, но работающих с МРС не так много».
     Начинать реализацию проекта с переработки вполне разумно в текущей ситуации, когда наблюдается большая нехватка мощностей по убою и обвалке и есть большая проблема с сертифицированными специализированными на баранине бойнями, говорит партнер практики АПК «НЭО Центра» Владимир Шафоростов. По его словам, производство «живка» в сегменте МРС стабильно на протяжении трех лет — около 10 млн голов на убой. Спрос также достаточно высок, более того, есть большой дефицит в формате современной торговли, который закрывается импортными поставками, в основном из Австралии и Новой Зеландии — лидеров в этом направлении.
    Ключевыми факторами успеха проекта, по мнению Шафоростова, являются качество мяса, разделки и упаковки. Последнее — это наиболее важный фактор для сетевого канала, в котором баранина представлена сейчас весьма скромно. И именно здесь он видит потенциал роста.
    Вложения только в строительство завода «Ставропольский фермер» ранее оценивал в 500 млн руб. По мнению Коренева, такая цифра выглядит «вполне адекватно», равно как и итоговая сумма в 3,2 млрд руб., инвестируемая в весь кластер. А вот сроки окупаемости будут зависеть от множества факторов, просчитать заранее которые представляется затруднительным, тем более что проект будет осуществляться поэтапно, добавляет он. Однако, учитывая достаточно высокий спрос на баранину и перспективы экспорта этого вида мяса в страны Ближнего Востока, эксперт ожидает, что на положительную рентабельность кластер выйдет в течение пяти-восьми лет.
    Шафоростову инвестиции в 500 млн руб. на заявленный объем убоя и обвалки кажутся заниженными. Такой проект предположительно может стоить на 20% больше, считает он. «Но все зависит от технологических решений и от того, какой продукт будет на выходе», — обращает внимание эксперт.
Вопрос технологий
    У овцеводства есть один технологический минус — это сезонность производства, отмечает Михаил Егоров из Национального союза овцеводов. Все овцы приходят в охоту в строго определенное время, осеменение происходит в конце зимы или начале весны. Большей частью на убой барашки идут осенью. «Поэтому многие предприятия, занимающиеся переработкой мяса МРС, ставят дополнительные линии по убою КРС, иначе было бы очень невыгодно, — говорит он. — Даже если растянуть период убоя, договориться с производителями, чтобы те осеменяли овец в разное время или же придерживали их максимально долго, заточенная только под баранину переработка обречена простаивать шесть месяцев в году».
    России очень нужны новые технологии, которые позволят выращивать молодняк овец круглый год и обеспечат стабильную поставку сырья на перерабатывающие предприятия, говорит Галина Бобрышова из ВНИИ овцеводства и козоводства. Одной из составляющих станет промышленная технология, позволяющая получать ягнят-«бройлеров». Для этого необходимо иметь полиэстричные породы овец, которые могут приходить в охоту в любое время и приносить ягнят круглый год. «Но над этим еще предстоит поработать селекционерам и ветеринарам», — признает она. Пока же в стране нет отечественных пород, пригодных для использования в промышленном разведении, обращает внимание Егоров. Нет необходимого количества маточного поголовья и за границей, что во многом тормозит развитие заявленных проектов.

Для развития отрасли
     Баранина не относится к социально значимым продуктам питания, однако именно этот вид продукции в настоящее время обеспечивает экономику овцеводческой отрасли. «Каждое хозяйство любой формы собственности, разводящее овец, ориентируется на производство мяса, а не шерсти, как раньше», — акцентирует внимание гендиректор Национального союза овцеводов Михаил Егоров. По его мнению, доступная глубокая переработка овец и коз плюс хорошая цена способны увеличить промышленное производство минимум на 25-30%. В 2017 году производство овец и коз на убой в живом весе, по данным организации, составило 473,2 тыс. т. Из них 70% (331,8 тыс. т) дали хозяйства населения, а сельхозорганизации — лишь 7% (34 тыс. т).
   Организация кластера может помочь наладить масштабное производство баранины, уверена Бобрышова. «Убойный пункт построить недолго, самый большой вопрос, как все участники кластера будут взаимодействовать», — отмечает она. Верным шагом было бы авансирование, чтобы привязать сырьевую базу к мясокомбинату, предлагает эксперт. Тогда все участники будут знать, что и в каких объемах они должны производить.
    Сельхозпроизводители, безусловно, заинтересованы в заключении долгосрочных договоров с покупателями баранины, соглашается Егоров. До сих пор ситуация многие годы складывалась по одному сценарию: осенью, когда начинается массовая реализация молодняка овец, что связано с повсеместной цикличностью производства овец на мясо, покупателей немного, наступает передержка поголовья, что ведет к дополнительным затратам и приводит к убыткам. «Покупатели появляются, только когда наступает зимовка, тогда они не стесняясь занижают цены, потому что знают: оставлять животных на зимний период хозяйства не могут (нет помещений, кормов, кадров) и будут вынуждены отдать скот дешево, — рассказывает эксперт. — Именно поэтому отрасли крайне необходима сеть мясоперерабатывающих предприятий непосредственно на территориях, где и разводят овец».
   В последние годы в регионах строились и модернизировались мясокомбинаты, рассчитанные на убой овец. Но их конечный продукт, как правило, туши и полутуши. «Приучить горожан к такому мясу вряд ли получится, — думает эксперт. — В Евросоюзе потребление баранины на человека составляет 2,1 кг, но это другая баранина, от животных специализированных, как правило, мясных пород». В России этот показатель не превышает 1,4 кг на душу населения. Сформировать устойчивый спрос можно лишь при повышении качества данного вида мяса, соответствия его ГОСТу как по совокупности свойств, обеспечивающих пригодность к дальнейшей обработке и употреблению в пищу, так и по безопасности для здоровья потребителей, стабильности состава и потребительских свойств, считает Егоров. Практически 70% баранины, произведенной в частных отарах, не меньше половины фермерской и часть произведенной в сельхозорганизациях — это мясо от низкопродуктивных животных либо помесей различных пород, напоминает он.
    Сейчас прорабатываются крупные инвестиционные проекты в области мясного овцеводства, предусматривающие строительство индустриальных комплексов без свободного выгула животных. Это будет другая по качеству баранина, верит Егоров. «И именно она окажется в сортовых разрубах, современных упаковках на витринах сетевых супермаркетов, в удобной весовой расфасовке, и именно ее будут есть горожане», — надеется он.
Где сбыт
     Предприятия по переработке баранины возводятся и в других овцеводческих регионах Северного Кавказа и ЮФО, таких как Ростовская область, Калмыкия, Дагестан, знает Егоров. Так, в последнем успешно реализуется строительство небольших мясокомбинатов в рамках республиканской программы. В прошлом году там введены в эксплуатацию цеха по убою и переработке баранины общей мощностью около 30 т в сутки. «Благодаря принимаемым мерам переработчики Дагестана сумели за последние несколько лет заметно расширить ассортимент производимой продукции и выйти на рынки российских мегаполисов», — утверждает эксперт. По его словам, в регионах есть понимание того, что переработка должна стимулировать производство.
     Новые заводы по убою и переработке отрасли нужны, соглашается Бобрышова. По ее словам, в Ставропольском крае работают подобные предприятия, но в основном в восточной части, где сосредоточен основной массив овец, в том числе и в ЛПХ. Так, самое известное предприятие региона — компания «Авангард» — находится в Левокумском районе. Сейчас это самая современная в регионе линия по убою овец, обращает внимание эксперт. При открытии мощность производства составляла 12-15 т мяса за смену. «Расположение завода „Ставропольского фермера“ в Кировском районе вполне может быть обосновано близостью как к сырьевым ресурсам, так и к рынкам сбыта в СКФО», — говорит Бобрышова.
     По мнению министра сельского хозяйства Ставропольского края Владимира Ситникова, создание сертифицированной бойни позволит к 2020 году охватить продукцией весь рынок Ставрополья и ряда других регионов СКФО и Юга, а также даст возможность претендовать на рынки Ирана, Ирака и Израиля. По предварительным оценкам, край сможет поставлять туда до 5 тыс. т баранины в год. По словам Шафоростова, ориентация на экспорт в страны Ближнего Востока предполагает соответствие стандартам халяльной продукции, что, как правило, повышает себестоимость.
    Российская баранина пользуется традиционным спросом в ряде стран ближнего зарубежья и на Ближнем Востоке, и в настоящее время поставки мяса овец туда значительно увеличиваются, знает Михаил Егоров. Так, в первом полугодии этого года в Иран отправлено 1,65 тыс. т баранины из Дагестана, всего же до конца 2018-го туда планируется поставить 2,5 тыс. т. Однако интересы покупателя не ограничиваются только дагестанским мясом овец и оговоренными объемами. «Договоры на поставки баранины заключаются также с Астраханской, Ростовской областями и Ставропольским краем», — известно эксперту.
   Баранина актуальна и для внешнего, и для внутреннего рынка, считает и Бобрышова. Сейчас же продукция из Ставрополья чаще попадает в Москву, Санкт-Петербург и Сочи. Интерес к российской баранине проявляют также Северная Африка и ОАЭ, добавляет она. Всего же, по данным ФТС, за январь-июнь экспорт этого вида мяса из России уже составил $20,2 млн, что, кстати, составляет примерно 2/3 от стоимостного объема вывоза свинины, подчеркивает эксперт.
Баранина уже не та
Михаил Егоров, Гендиректор Национального союза овцеводов
     Конечно, баранина не входит в число необходимых видов мяса, таких, которые есть в рационах детсадов, школ, больниц и т. д., как курица или говядина. Для большинства россиян баранина является мясом выходного дня, идет на шашлык или плов. Если в СССР забивалось старое поголовье, овец держали в основном для шерсти, которая требовалась государству для армии и пошива школьной формы, то сейчас российской легкой промышленности шерсть не нужна, а мясо стало пользоваться спросом, и за последние тридцать лет оно существенно изменилась в качестве. В конце 1980-х мы завезли племенных баранов из Австралии, шло улучшение пород, баранина обрела новые вкусовые качества: исчез специфический запах, появились мягкость и некая благородность мяса. Теперь баранина может быть изюминкой ресторанного меню и отличным вариантом разнообразить рацион.

 
ВЕТЕРИНАРИЯ.РФ Печать E-mail
МИХАИЛ ЕГОРОВ "НЕ НАДО СТАВИТЬ ПАЛКИ В КОЛЕСА ОВЦЕВОДСТВУ"

     Разведение овец, коз – традиционный и социально значимый вид деятельности во многих регионах страны, что учитывалось при включении отрасли в госпрограмму развития сельского хозяйства на 2013–2020 годы. В интервью порталу «Ветеринария.рф» генеральный директор Национального союза овцеводов Михаил Егоров рассказал об экспортном потенциале отрасли, взаимодействии с ветеринарной службой и проблемах регионализации, с которыми столкнулись ведущие племенные хозяйства.

Михаил Егоров: «Не надо ставить палки в колеса овцеводству»

– Какие тенденции развития отрасли за последние несколько лет вы могли бы отметить?

– По данным на начало этого года, общее поголовье овец и коз в России составило 24 млн 490 тыс., а показатель маточного поголовья в хозяйствах, включая индивидуальных предпринимателей, – 101,6% к запланированному. Его выполнение обеспечено преимущественно за счет увеличения маточного поголовья в крестьянских (фермерских) хозяйствах.

Основной тенденцией развития отрасли в последние годы можно назвать повышение продуктивности животных всех разводимых пород в условиях традиционной технологии содержания. Не менее важное направление – развитие промышленных технологий в овцеводстве. Пионером является компания «Мираторг», которая ввела в строй овцеводческий комплекс закрытого типа с круглогодичным стойловым содержанием высокопродуктивного мелкого рогатого скота мощностью 30 тыс. овцематок.

 По каким направлениям совершенствуется селекционно-племенная работа со стадом? 
– Селекционно-племенная работа в овцеводстве направлена на создание новых пород овец, таких, например, как российский мясной меринос. Животные новой универсальной породы, созданной в шести племзаводах Ставропольского края, отличаются высокой живой массой и тонкой шерстью. Это результат многолетнего труда селекционеров. 
Кроме того, селекционно-племенная работа в стадах направлена на получение высококачественной конкурентоспособной продукции – шерсти, мяса, шкур, молока, как в козоводстве, так и в овцеводстве. Молочное овцеводство в России приобретает популярность в связи с программой замещения импорта, в частности сыров. Развивается оно, как и молочное козоводство, по двум направлениям – промышленному, для которого завозится импортное поголовье овец молочных пород, и традиционному, характерному, в частности, для Дагестана и некоторых других регионов.

 Как вы оцениваете перспективы экспорта продукции овцеводства?

– На экспорт поставляются баранина и живые животные, в незначительных объемах – шерсть. Несколько слов о шерсти. На протяжении примерно двух десятков лет – до 2015 года – наша легкая и текстильная промышленность в основном закупала шерсть и топс за рубежом. Это было выгодно. Не нужно мыть, иметь свою первичную обработку… купили топс, а то и готовую шерстяную пряжу – и работай. Тем более что трудиться-то то в 90-е годы было почти некому – российская легкая промышленность в те годы отвозила станки в Китай на металлолом.

Не имея рынка сбыта внутри страны, ведущие племенные заводы –производители самой качественной тонкой шерсти – через созданные ассоциации и фирмы продавали немытую шерсть в Индию, Китай, Венгрию и другие страны. Лишь бы кто забрал. Речь даже не шла о достойной цене, зависящей от качества.

Затем экономическая ситуация изменилась. Из-за подскочившего курса доллара предприятия легкой промышленности, которые оказались не в состоянии приобретать австралийский топс и обеспечивать госзаказ, вспомнили российских производителей. Задача приобрела государственное значение.

Одной из мер по замещению импортного сырья данного вида стало включение в госпрограмму развития сельского хозяйства показателя «Объем произведенной шерсти, полученной от тонкорунных и полутонкорунных пород овец в сельскохозяйственных организациях, крестьянских (фермерских) хозяйствах, включая ИП, реализующих такую продукцию отечественным перерабатывающим организациям». Благодаря принятым государством мерам и субсидиям цена на шерсть тониной 21–22 мкм за последние четыре года возросла с 85 до 280 рублей.

В 2017 году в России было произведено в общей сложности 57 тыс. тонн шерсти. Тонкой и полутонкой, которая востребована переработчиками, –около 20 тыс. тонн в физическом волокне. Но нужно иметь в виду, что достаточно большие партии однотипной шерсти могут производить лишь сельхозорганизации. А их объем производства снижается, в 2017 году составил всего 9 тыс. тонн.

В то же время, по нашим данным, в нынешнем году резко вырос интерес к российской шерсти у Китая. Причем на все виды, вплоть до грубой и цветной, спроса на которую в нашей стране не было. Но закупку ведут посредники за наличный расчет. Поэтому итоги этой деятельности, носящей достаточно теневой характер, мы сможем отследить по данным Федеральной таможенной службы России.

 А как обстоит дело с экспортом мяса?

– Поставки за рубеж мяса овец увеличились в 37,3 раза до 30,88 млн долл. в стоимостном выражении, а в физическом – в 48,7 раза. Вывоз баранины не только превысил объемы экспорта мяса крупного рогатого скота, но и сопоставим с поставками за рубеж свинины в денежном выражении.

 В каких странах пользуется спросом наша баранина?

– Например, в Иране, который увеличил импорт баранины из России более чем в 70 раз. Его доля в поставках этого вида мяса из нашей страны возросла до 97,8%. Остальные 1,8% объема закупок приходятся на Казахстан, 0,3% – на Белоруссию.

Основными покупателями баранины в перспективе останутся страны Центральной Азии, Ближнего Востока и Персидского залива. Рынок Евросоюза, куда поступает баранина и ягнятина из Новой Зеландии и Австралии, в ближайшие годы смогут освоить компании, которые пойдут по пути промышленного овцеводства. Работа в этом направлении ведется.

 Какие из российских регионов в числе передовиков-экспортеров?

– Число регионов, отправляющих баранину за рубеж, увеличилось в два раза. До 17 млн долл. и 3,1 тыс. тонн нарастила экспортные поставки Астраханская область, которая сегодня в лидерах по этому показателю. Рывок на иранский рынок совершил Дагестан, заняв 11% всего российского экспорта мяса овец.

 В нашей стране сложная эпизоотическая обстановка. Какие заболевания овец и коз чаще всего встречаются сегодня?

– Эпизоотическая ситуация в овцеводстве во многом зависит от структуры поголовья по категориям хозяйств. В сельхозпредприятиях, где в должной мере осуществляется ветеринарное сопровождение, содержится 16,5% овец и коз от общего поголовья. В крестьянских (фермерских) хозяйствах – 37%. 46,5% поголовья овец и коз приходится на хозяйства населения. Это наиболее проблемная в ветеринарном отношении категория хозяйств.

Чаще всего фиксируются случаи заболеваний животных бруцеллезом. Согласно решению Россельхознадзора по регионализации ряду регионов, граничащих с сопредельными государствами, присвоен неблагополучный статус по данной болезни. Очаги бруцеллеза мелкого рогатого скота возникают в хозяйствах населения и фермерских хозяйствах.

 Насколько эффективным является взаимодействие овцеводческих хозяйств с ветслужбами?

– В части проведения ветеринарных профилактических мероприятий взаимодействие овцеводческих хозяйств, я имею в виду сельскохозяйственные организации, с госветслужбами регионов достаточно эффективно.

 На основании чего вы делаете такой вывод?

– Вспышек инфекционных болезней животных на овцеводческих предприятиях нет.

 Михаил Васильевич, вы неоднократно заостряли внимание на проблеме, связанной с регионализацией. В чем ее суть?

– Ветеринарные правила проведения регионализации территории Российской Федерации (утв. приказом Минсельхоза России от 14 декабря 2015 года № 635), серьезно затронули отрасль овцеводства. Возьмем, к примеру, Оренбургскую область, которая на востоке и юге на протяжении 1876 км граничит с Казахстаном. Контакт сельхозживотных, принадлежащих хозяйствующим субъектам, гражданам России и Казахстана, в таких условиях неизбежен, поскольку для них нет естественных преград. Эпизоотическая ситуация по заразным болезням животных в Казахстане сложная. Отсюда целый ряд заболеваний, поражающих крупный рогатый скот и овец: оспа овец и коз, нодулярный дерматит крупного рогатого скота и чума мелких жвачных животных, бруцеллез. Региону, как и многим другим, расположенным в буферной зоне, присвоен статус «регион с вакцинацией против ящура», поскольку иммунизация против данной болезни здесь неизбежна и необходима. 

А дальше начинаются проблемы, особенно у племенных хозяйств, поскольку согласно регионализации вывоз вакцинированных против ящура овец из региона невозможен. Кстати, и немытой шерсти тоже, а именно такую сельхозтоваропроизводители и продают. Ведущие в отрасли хозяйства Волгоградской, Оренбургской, Саратовской областей, Калмыкии, Дагестана, Тывы, Забайкальского и Ставропольского краев, несмотря на собственное ветеринарное благополучие, оказались заложниками ситуации. 

 Получается, что не вакцинировать нельзя...
– ...а вакцинированное поголовье нельзя вывозить, К тому же разрешение на его ввоз в свои регионы порой не дают ветеринарные службы ряда областей. В основном центральной полосы России, где имеются подобные стада и племенные бараны из лучших племзаводов, расположенных как раз в буферной зоне, необходимы для селекционно-племенной работы. В свою очередь племзаводам, для того чтобы соответствовать требованиям к данной категории хозяйств, необходимо продавать животных. Иначе предприятия лишатся своего статуса и племподдержки. 

 Вы пытались найти решение проблемы? 
– Национальный союз овцеводов, членами которого являются около 200 производителей, в основном из буферных регионов, где развивается овцеводство, не раз обращался в Минсельхоз России. Последствия регионализации для крупных, благополучных и отвечающих всем требованиям ветеринарного законодательства, сельхозпредприятияй вызывают озабоченность. 

Мы убеждены, что сложившаяся ситуация не должна быть проблемой сельхозтоваропроизводителей. Решение нужно искать коллегиально. Государство ставит единые для всего агропромышленного комплекса задачи по развитию сельского хозяйства, замещению импорта и увеличению экспорта. Для их решения нужна консолидация усилий всех служб, в том числе ветеринарной. Не надо ставить палки в колеса животноводству и овцеводству в частности. 

 Какой вариант решения проблемы предлагаете? 
– Отказаться от вакцинации животных на промышленных овцеводческих предприятиях, имеющих высокий уровень биологической защиты (компартмент). Однако возможно это только после принятия Минсельхозом России соответствующих нормативно-правовых актов и проведения компартментализации овцеводческих хозяйств страны. 

 Какие цели по развитию отрасли стоят перед Национальным союзом овцеводов на ближайшие годы? 
– В 2011 году был утверждена отраслевая целевая программа развития овцеводства и козоводства в России на период до 2020 года, в которой намечены мероприятия по созданию экономических и правовых условий для развития отрасли, увеличению объемов производства высококачественной баранины, шерсти, овчин, молока и другой продукции. Программа работает, но за прошедшие годы в повестке дня появилось много других задач, в частности по увеличению объема экспорта. Все они найдут отражение в новой программе, рассчитанной на период до 2025 года. Работу над этим документом мы уже ведем. 

 Спасибо за интервью.
 
«От козы – к сыру. Или наоборот?» Печать E-mail
Всероссийскому НИИ овцеводства и козоводства (ВНИИОК) исполнилось 85 лет. Юбилей отметили скромно – научно-практической конференцией, на которую приехали учёные со всей России и из стран ближнего зарубежья. Сегодня ВНИИОК ожидает реорганизации, институт вольётся в объединение нескольких научных учреждений схожего профиля.

Учёные надеются, что им всё же сохранят старое название хотя бы как подразделению нового учреждения, потому что ВНИИОК – это известный бренд, пользующийся авторитетом как в нашей стране, так и за рубежом. О том, что это именно так, свидетельствует и очередная командировка учёных лаборатории козоводства и пастушеского собаководства на большую конференцию в Москву и на ярмарку в Тамбов, где их мнение имело большой вес.

Мы уже не хуже
Известная международная компания «ДеЛаваль» провела в Москве третью международную конференцию по козоводству, в которой принимали участие известнейшие эксперты и специа­листы в области молочного козоводства и сыроварения со всего мира. Одним из спикеров на конференции была Светлана Ивановна Новопашина, доктор сельскохозяйственных наук, заведующая лабораторией козоводства и пастушеского собаководства ВНИИОК.

– На конференции было много интересных выступлений, где люди делились своим опытом, рассказывая в том числе и об ошибках, которые неизбежны в процессе становления своего производства, – рассказывает Светлана Ивановна. – Девиз конференции «От козы к сыру – это просто», но на самом деле всё очень трудно, и люди говорили об этом, помогая другим избежать подобных ошибок.

Интересный пример привёл Кирилл Игошин, коммерческий директор компании из Смоленской области. Когда они стали производить сыры из козьего молока, некоторые продвинутые покупатели говорили, что они за десять метров чуют, что сыр плохой, и даже пробовать его не будут. Когда же им говорили, что сыр французский, просто из-за санкций его замаскировали под российский, тогда они, попробовав, заявляли: конечно, французский, у нас никогда не смогут делать подобный. Но в том-то и юмор, что сыр – российский.

Этот пример говорит о том, как много ещё предубеждений и как много надо сделать, чтобы сформировать своего потребителя.

– На самом деле, с каждым годом наши козоводы и сыроделы приближаются к международным стандартам, и уже многие отечест­венные сыры из козьего молока не уступают зарубежным, – говорит Светлана Ивановна. – А что касается качества и здоровья коз, то мы даже впереди Европы. В этом признавались и сами зарубежные специалисты. Они говорили, что не могут гарантировать, что, приобретая у них коз, мы купим здоровых животных. Там слишком большая скученность, что провоцирует различные инфекции. А в России, с её пространствами и небольшим сроком существования промышленного козоводства, пока такой проблемы нет. Это наше большое преимущество, и его нужно постараться не потерять.

Учиться и учиться
Чтоб не потерять, надо постоянно совершенствоваться, перенимая и опыт зарубежья. Светлана Ивановна рассказала, что брала с собой на конференцию своего ученика фермера Виталия Кулинича, который научился делать хорошие сыры, получившие несколько медалей на выставках. Если вчера сыр Кулиничей был на высоте, то, как показала дегустация на конференции, сегодня уже есть образцы гораздо вкуснее, чем у будённовских сыроделов. Значит, надо опять думать, как поднять своё качество, как создать новые образцы.

Остановишься – потеряешь бизнес.

– Один предприниматель из Карачаево-Черкесии с нашей помощью купил себе коз и собирался заняться производством молока. Я его тогда предупредила, что покупка поголовья – это полдела, нужно думать в первую очередь о реализации. Он сказал, что даже не сомневается, что сбыт будет. Прошло совсем немного времени, и он просит, чтоб мы помогли ему продать коз. Никому не нужно их полезное молоко. Проблема в том, что не с того начал человек. Девиз конференции: «От козы – к сыру!» – я бы подкорректировала: от сыра – к козе.

У нас пока не сформирован потребитель продукции из козьего молока. На этом пути надо работать и работать. И ярмарка в Тамбове, куда мы поехали после конференции, это как раз пример такого подхода.

Учёных из ВНИИОКа пригласил на ярмарку предприниматель Сергей Пронин. Его хозяйство «Пионер агро» специа­лизируется на козоводстве. Ему удалось привлечь на ярмарку семь козоводческих хозяйств из разных регионов России, которые привезли и животных, и свою продукцию. Удалось завлечь в павильон и руководителей Тамбовской области, которые заинтересовались этой отраслью. На ярмарке было продано полтонны козьего сыра. Оценки покупателей очень высокие. Это хороший пример формирования спроса на ещё новую для российского рынка продукцию.

– Со следующего года на этой ярмарке планируется проводить аукционы по продаже коз. Это совершенно новое явление для отечественного козоводства. Посмотрим, что из этого получится, думаю, это один из путей распространения качественного племенного поголовья коз для населения и фермеров, что скажется положительно на развитии отрасли.

Ну, а большой научный потенциал института, и в частности лаборатории козоводства, – это тоже мощный фактор развития козоводческой отрасли в нашей стране.

Ставропольский край

СЕРГЕЙ ИВАЩЕНКО
Статья опубликована в газете "Крестьянин" № 43 от 25.10.2017 
 
Пресс-служба Минсельхоза России Печать E-mail

Джамбулат Хатуов: мы гордимся достижениями селекционно-племенной работы по овцеводству и козоводству

20 мая 2017

Первый заместитель министра сельского хозяйства Российской Федерации Джамбулат Хатуов и директор Департамента животноводства и племенного дела Харон Амерханов приняли участие в мероприятиях XVIII российской выставки племенных овец и коз в Астраханской области.

«Племенное овцеводство и козоводство входят в число сложных, трудоемких и в то же время наиболее социальных значимых подотраслей животноводства, обеспечивающих сохранение традиционного уклада жизни многих народов нашей страны», – отметил Джамбулат Хатуов в своей приветственной речи на церемонии открытия выставки. Он также передал приветствие Александра Ткачева участникам, гостям и организаторам выставки.

Первый замминистра отметил положительные тенденции в отрасли. Он добавил, что на 1 апреля 2017 года общее поголовье овец и коз в России в хозяйствах всех категорий составило 25,8 млн голов, из которых более 1,5 млн голов содержится в Астраханской области. В регионе также разводится самое большое количество верблюдов в стране – здесь насчитывается более 4 тыс. голов.

За последние пять лет (с 2011 по 2016 годы) благодаря господдержке производство мяса баранины в хозяйствах всех категорий увеличилось на 11,0% и составило 209,7 тыс. тонн, производство шерсти увеличилось на 4,8%, что составило 55,8 тыс. тонн.

В России сформирована и развивается племенная база овцеводства и козоводства, создается высокопродуктивное поголовье. Потребности сельхозтоваропроизводителей в высококлассном отечественном племенном молодняке овец и коз уже сегодня обеспечиваются на 100%. Государственный племенной регистр селекционных достижений насчитывает 43 породы и 21 тип овец.

«Мы гордимся достижениями российских ученых по селекционно-племенной работе. Перед нами стоит задача – сделать продукцию российских овцеводов и козоводов, как мяса, так и шерсти, высококонкурентоспособной не только на российском, но и на зарубежных рынках», – подчеркнул Джамбулат Хатуов.

Первый замминистра и губернатор Астраханской области  Александр Жилкин осмотрели экспозицию, где были представлены лучшие породы племенных животных из разных регионов страны. В ходе работы выставки животных оценивала экспертная комиссия, в состав которой входят представители Национального союза овцеводов, а также научно-исследовательских институтов. Оценивались породы овец полутонкорунного, грубошерстного, тонкорунного и мясо-сального направления.

По итогам оценки лучшие хозяйства получили ведомственные награды, а победителю был вручён автомобиль. Награды также получили победители скачек на лошадях и верблюжьих бегов, организованных в рамках выставки. 

Также в рамках выставки под председательством Харона Амерханова состоялась научно-производственная конференция. Участники встречи обсудили вопросы развития отечественной племенной базы, повышения конкурентоспособности и эффективности производства продукции животноводства для реализации на внутреннем и внешних рынках.

Особое внимание на конференции было уделено проблемам отрасли, связанным с недостаточным уровнем технологической оснащенности предприятий по производству и переработке шерсти, отсутствием должного уровня развития инфраструктуры на селе и нехваткой кадров.

В выставке принимают участие руководители региональных органов управления АПК, представители племенных овцеводческих и козоводческих предприятий Южного, Северо-Кавказского и Приволжского федеральных округов, а также научное и бизнес-сообщество.

 
«Аграрий Плюс. Опыт. Инвестиции. Технологии». №5 (18) 2016 г. Печать E-mail

 

 

      Овцеводство – одна из традиционных для России отраслей животноводства. Столетиями на территории нынешних республик Калмыкия и Дагестан, Тыва и Карачаево-Черкесия, в степях Ставрополья и Забайкалья, Ростовской, Астраханской и других областей паслись овцы. С годами они видоизменялись – становились крупнее, давали больше мяса и шерсти. Но ни увеличение количества пород, ни рост их продуктивности не изменило технологию ведения овцеводства. Животные, как и раньше, за исключением нескольких зимних месяцев, находятся на пастбище, а горные породы по-прежнему осуществляют переход с низменности на альпийские пастбища и обратно.

         Что ждет отрасль дальше, с учетом снижающегося потребления человечеством (и россиянами в том числе) натуральной шерсти, с возрастающим потреблением мяса птицы, мы спросили у генерального директора Национального союза овцеводов, вице-президента Всемирной Федерации по разведению мериносов М.В. Егорова.

 - Михаил Васильевич, овца производит шерсть и баранину. Но на смену шерсти пришла синтетика, баранина – мясо, скажем так, на любителя. Есть ли в таком случае перспектива дальнейшего развития отрасли?

 - Есть. Давайте посмотрим на цифры. В 2000 г. во всех хозяйствах страны, относящихся к нашей категории, насчитывалось менее 15 млн. голов овец и коз. Сегодня эта цифра составляет 25 млн. голов. На сегодняшний день в сельхозпредприятиях разводят 42 породы овец : 15 тонкорунных, 13 полутонкорунных, 2 полугрубошерстных и 12 грубошерстных.

В прошлом году в стране было произведено 55,5 тыс. тонн шерсти и 205 тыс. тонн овец и коз на убой в убойном весе. Для сравнения, в 2000 году производство шерсти составляло 41 тыс. тонн, животных на убой – 140 тыс. тонн. Согласитесь, разница существенная.

Конечно, россияне значительно увеличили потребление мяса птицы, этот факт необходимо учитывать. Но баранина была и остается востребована на нашем рынке. И подтверждение тому – цена на данный вид мяса. Она выше, чем на свинину и говядину, то есть это мясо для горожан, скорее не для повседневного  потребления, а мясо «выходного дня» - для шашлыка, разнообразных блюд кавказской кухни, которые готовят на даче, на пикнике и т.д. Для большинства регионов  Южного, Северо-Кавказского и Сибирского федеральных округов, я имею в виду сельскую местность, баранина является одним из основных видов мяса.  Согласитесь, гораздо удобнее для семьи иметь свежую тушку овцы весом 15 – 25 кг, нежели сразу получить «к столу» тушу быка.

Что касается шерсти, то спрос на нее, я имею в виду тонкую и полутонкую шерсть, ежегодно возрастает, как и цена. Пришло наконец понимание, что школьная форма, как это и было в советское время, должна быть из шерстяной или хотя бы полушерстяной ткани, что важно для здоровья подрастающего поколения. Вместо армейского обмундирования швейникам стали поступать заказы на корпоративную форму, форму для сотрудников МВД и других ведомств. И это при том, что покупать шерсть или топс за границей стало экономически невыгодно. Поэтому предприятия текстильной и легкой промышленности  вспомнили о российских сельхозтоваропроизводителях.

В то же время нужно отдать должное государству, которое по мере возможности поддерживает отрасль. Овцеводство и козоводство как единая отрасль получают поддержку по трем направлениям – на увеличение маточного поголовья, на племподдержку, на производство и реализацию тонкой и полутонкой шерсти. Именно шерсть в последние годы оказалась в центре внимания государства и была включена дополнительным индикатором в Государственную программу развития сельского хозяйства.

 - Изменилась ли технология содержания овец за последние годы?

 - Овцеводство в нашей стране наиболее развито в тех регионах, где оно является отраслью традиционной, а значит, наиболее приспособленной к местным климатическим условиям, как правило, очень непростым и суровым. Для примера возьмем две республики – Калмыкию и Дагестан. Кстати, оба региона – лидеры по численности овец. В Дагестане – 5 млн. 306 тыс. голов, в Калмыкии – 2 млн. 413 тыс. Калмыки – кочевой народ, их степи и полупустыни настольно бедны кормом, что содержать поголовье на одном месте долгое время невозможно. Только овцы да крупный рогатый скот аборигенной калмыцкой породы способны прокормится здесь в засушливый летний период. Баранина – это основной вид мяса, который употребляет местное население. В Дагестане своя специфика. Горы, с их прекрасными альпийскими пастбищами, доступны лишь в летний период, зимой же овец можно пасти на равнине, ну разве что за исключением нескольких недель. Здесь же заготавливают сено на зиму. Все это привело к тому, что в Дагестане сложилась отгонная система овцеводства, была создана дагестанская горная порода овец, отличающаяся выносливостью, крепким копытным рогом, что крайне важно при больших переходах по скалистой местности. И так в каждом регионе, где развита отрасль. Овцеводство там не только занятие для местного населения, это образ жизни многих поколений, его уклад и традиции.

 - Но экстенсивная технология высокозатратна, требует большого кадрового потенциала, не зря же интенсификация проникла практически во все отрасли животноводства.

 - Овцеводство наиболее развито в традиционных регионах своего распространения. Здесь всегда были люди, готовые прийти на смену своим отцам и дедам в работе чабанами, специалистами в области овцеводства.

Что касается продукции отрасли, сейчас я говорю о баранине, то именно эта технология и позволяет получать экологически чистое мясо, поскольку в рационе животных нет антибиотиков, гормональных добавок и прочих компонентов, применяемых в специализированных кормах для других видов животных и птицы, содержащихся по интенсивной технологии. Более того, вкус баранины во многом зависит от набора трав. Например, по данным ученых, в ставропольской степи произрастает около 140 видов трав, благодаря эфирным маслам которых мясо овец и приобретает свой уникальный вкус. Москвичам известен бренд «калмыцкая баранина», все большую популярность приобретает мясо овец из Дагестана. При промышленном содержании, как вы понимаете, никакого различия во вкусовых качествах мяса не будет.

Что касается минуса, Вы о нем сказали – необходим значительный кадровый потенциал, поскольку за каждой отарой закреплен штат чабанов, состоящий из 3 – 4 человек. При поголовье 20 – 30 тысяч голов овец сельхозпредприятию необходимо иметь 100 – 150 овцеводов. Им нужно создать бытовые условия для круглогодичного проживания в степи, а в горных регионах чабаны вместе с овцами полгода находятся на низменности, а полгода – в горах, на летних пастбищах. Это большая, поскольку очень затратная, проблема. К тому же овцеводы пенсионного возраста уходят на заслуженный отдых, а молодежь, как это происходит повсеместно в сельском хозяйстве, не идет в отрасль. Эта проблема пришла и в те регионы, где ее не было и в помине еще несколько десятков лет назад. Чабаны из Дагестана – лучшие представители этой профессии в стране. Они работали практически в каждом регионе. Сегодня в республике все меньше молодежи решает продолжать дело отцов, она считает более привлекательной жизнь и работу в городе.

 - Каков же выход из создавшейся ситуации?

 - Их несколько. Внимание к проблеме государства и регионов, заинтересованность в подготовке кадров самих сельхозпредприятий, ну и, конечно, промышленное разведение овец. Я не говорю, что необходимо все 25 млн. голов овец и коз поставить на стойловое содержание. Речь идет о сконцентрированном производстве молодой баранины, необходимой сетевым магазинам и ресторанному бизнесу. Идея содержания овец на комплексах появилась еще в советские годы, но повсеместно была отвергнута. Причин тому несколько: косность мышления животноводов того времени, наличие кадров, в том числе молодых, нежелание адаптировать данную систему к климатическим условиям каждого отдельно взятого региона. Плоха была не идея, а методы ее воплощения, поэтому отрасль и осталась на прежних позициях. До сих пор цикличность производства молодняка, нежелание менять технологию и собственное косное мышление водят нас по замкнутому кругу.

В настоящее время желание получать скороспелую баранину в больших объемах появляется у владельцев торговых сетей и бизнесменов, занимающихся другими видами животноводства и птицеводством. Исчезновение на российском рынке австралийской и новозеландской баранины подтолкнуло целый круг инвесторов вплотную подойти к вопросу промышленного овцеводства. Заинтересованность в производстве баранины в последнее время начали проявлять такие известные российские холдинги, как «ЕроДон», «Мираторг», Группа компаний «Домате». Сейчас они изучают племресурсы наиболее подходящих для промышленного производства пород в мире, прорабатывают технологии содержания животных и круглогодичного получения молодняка.

Кроме капиталовложений, для создания пилотного проекта по стойловому содержанию овец необходима большая научная поддержка и опыт тех стран, где такая работа ведется, поскольку необходимо учитывать физиологию овец, использовать животных мясных и мясо-шерстных скороспелых пород, обладающих высокими показателями продуктивности. Возможно, что уже в ближайшее время технология производства баранины будет внедрена на Ставрополье, вопрос прорабатывается на уровне краевого Минсельхоза и руководства края.

 - А что Вы скажете об эдильбаевской породе овец, пригодна ли она для промышленного разведения?

 - Не думаю. Вообще, последствия эдильбаизации в российском овцеводстве нам еще долго предстоит устранять. Когда отечественная легкая промышленность приказала долго жить, повсеместно распространенные мериносовые породы овец начали уничтожаться путем введения в стада эдильбаевских баранов. Понимаете, люди не отказались от овцеводства как такового, они начали приспосабливаться к рынку, переходя от производства шерсти к производству баранины. Почему выбор пал на породу, проспособленную к жизни в полупустыне, схожую по своему внешнему виду и повадкам с сайгаками? Все просто. В стране, ориентированной на производство тонкой шерсти, слишком мало внимания уделялось мясным породам овец, а потому выбора у населения не было. Но уже спустя несколько лет оказалось, что вкус мяса эдильбаев довольно специфичен, поэтому востребован только молодняк до 6 месяцев, курдюк тоже не идет в пищу там, где до этого разводили тонкорунных овец. Постепенно интерес к породе начал снижаться. Сегодня к нам в Союз овцеводов постоянно звонят фермеры и владельцы личных подсобных хозяйств с просьбой подобрать им мясную породу, приспособленную для содержания в той или иной местности, особенно в средней полосе России. К сожалению, выбор по-прежнему невелик. Овец таких пород, как тексель, ташлинская, дорсет, суффольк, южная мясная все еще недостаточно, чтобы удовлетворить имеющийся спрос.

 - А нельзя ли завезти их из-за границы? И вообще, как обстоят дела в овцеводстве с импортной генетикой?

 - Это по карману и по возможностям только крупным компаниям. К тому же постоянные сложности возникают из-за ветеринарных ограничений в той или иной стране.

Что касается импортной генетики, то она завозилась в Россию, а раньше и в Советский Союз постоянно. Именно использование высокоценных австралийских мериносов позволило нам создать ряд отечественных тонкорунных пород, в частности, манычского мериноса, джалгинского мериноса и других. В 2007 году нами были завезены бараны перспективного в мировом мериносовом овцеводстве направления – мясного, а именно австралийского мясного мериноса. С тех пор специалисты Национального союза овцеводов, ученые и овцеводы работают над созданием новой породы в типе мясного мериноса.

Мы знаем, что частный бизнес приобретает импортных животных таких пород, как суффольк, дорсер, для получения товарной баранины путем межпородного скрещивания баранов этих пород с отечественными матками, например, романовской породы.

 - Говорят, на выставках в Москве и в Элисте уже несколько лет демонстрируются новые мериносы. Так ли это? И в чем их отличие от традиционных мериносов?

 - Да, как минимум дважды в год на примере шести ставропольских племзаводов мы показывали, на каком этапе в создании мясного мериноса находимся. Пока мы еще не можем сказать, что это животные новой породы, хотя работа по ее созданию уже завершена и документы поданы в комиссию по селекционным достижениям. То есть дело осталось за ее утверждением. Надеемся, что уже до конца нынешнего года будет зарегистрировано новое селекционное достижение в овцеводстве. На практике это означает, что у всех желающих появится возможность приобрести в хозяйствах-оригинаторах племенное поголовье овец, отличающихся высокой живой массой, скороспелостью и тонкой, востребованной сегодня в стране и в мире шерстью. То есть это овцы, содержание которых более рентабельно и экономически привлекательно для хозяйства любой формы собственности, поскольку затраты на выращивание молодой баранины сокращаются из-за высокой энергии роста ягнят и высокой окупаемости корма. К тому же их шерсть, которую, увы, уже стали считать побочным продуктом отрасли, может дать вполне ощутимую выгоду. Например, в текущем году цена на тонкую шерсть в России достигала 270 рублей за кг в физическом весе. Именно такую шерсть и можно получать с мясных мериносов.

 - Михаил Васильевич, Вы сказали о востребованности тонкой шерсти и о том, что ее производство субсидируется государством. Расскажите поподробнее.

 - Как я уже отметил, мериносовое овцеводство в России оказалось в заложниках развала экономики в 1990-е гг. Кроме того, во всем мире снижается потребление шерсти из-за того, что появилась синтетика. Причем год от года она становится все качественнее и при этом остается значительно дешевле натуральных волокон, в частности, шерсти. Мы пришли к тому, что в стране практически не осталось товарных стад тонкорунных овец – только племенные. То есть база все же сохранена и мериносовому овцеводству есть откуда развиваться, без использования дорогостоящей импортной генетики.

20 января 2016 года Президент Российской Федерации В.В. Путин подписал поручение председателю Правительства, в котором речь шла об увеличении объемов производства шерсти, имея в виду предоставление мер государственной поддержки овцеводства на единицу товарной продукции шерсти, востребованной отечественными предприятиями и соответствующей нормативным требованиям по качеству. В информации, представленной управлением Президента РФ, сказано, что сельское хозяйство обеспечивает лишь 20% потребности предприятий легпрома в растительном и животном сырье. Предприятия потребляют около 20 тыс. тонн шерсти, большая часть которой импортируется из Казахстана, Узбекистана, Туркмении и Германии. Импорт тонкой шерсти в 2014 году составил 7,1 тыс. тонн.

В 2014 году производство тонкой и полутонкой шерсти было включено одним из индикаторов подпрограммы «Развитие подотрасли животноводства, переработки и реализации продукции животноводства» Госпрограммы развития сельского хозяйства на 2013-2020 гг. Медленно и, я бы даже сказал, вынужденно (из-за санкций, курса валют), но государство задумывается о собственном производстве сырья для отечественного легпрома. В этой связи задача, стоящая сегодня перед сельхозтоваропроизводителями, - произвести и подготовить к реализации партии шерсти требуемого качества.

 - Михаил Васильевич, скажите, пожалуйста, еще об одной породе овец – грозненской. Говорят, она на грани исчезновения.

 - Могу Вас успокоить. Не все так плохо. Не в лучшей форме сегодня находится хозяйство-оригинатор породы – племзавод «Червленые Буруны» Республики Дагестан. Но по численности грозненская порода овец, а порода эта тонкорунная, находится на втором месте после дагестанской горной, общая численность овец в сельхозпредприятиях составляет 689 тыс. голов. Правда, занимаются ею, по большей части, в другой республике – Калмыкии. И производят, кстати сказать, самые большие партии в стране качественной тонкой шерсти. А благодаря постоянной селекционной работе нынешние грозненские овцы значительно отличаются от своих прародителей, и не только качеством шерсти, сегодня она очень тонкая, с люстровым блеском и светлым жиропотом. Изменилась и масса животных, она стала больше, увеличился выход мяса в туше. Так что мясо грозненских овец вполне реально приобрести сегодня не только в Калмыкии, но и в Москве.

 - В заключение расскажите, как прошел форум Всемирной федерации по разведению мериносов в Австралии?

 - В работе форума Всемирной федерации приняли участие делегации одиннадцати стран: Аргентины, Австралии, Франции, Уругвая, Лесотто, Новой Зеландии, ЮАР, Венгрии, Испании, США, в том числе и наша российская делегация, в которую вошли руководители племенных хозяйств республик: Калмыкии, Дагестана, Хакасии; Забайкальского, Ставропольского и Алтайского краев; научных и образовательных учреждений страны.

Мы приняли участие в Дне инноваций в мериносовом овцеводстве, где были представлены более 30 австралийских племенных ферм по разведению мериносов, а также порядка 60 ведущих компаний в области селекции, технологии и ветеринарного сопровождения отрасли. Здесь же был проведен аукцион племенных баранов, на котором выставлялись на продажу как классические австралийские мериносы, так и животные современной селекции – комолые мериносы живым весом от 125 до 140 кг с шерстью от 17 до 22 мкм.

Российская делегация посетила самое крупное в мире предприятие по глубокой переработке баранины «Томас Фудс», образованное в 1920 г. Предприятие перерабатывает за сутки 11 тыс. голов овец и 1200 голов крупного рогатого скота, а продукция 37 наименований, большую часть которой составляет молодая баранина и ягнятина, в виде разрубов и полуфабрикатов поставляется в 25 стран мира.

В конференции, прошедшей в рамках форума, приняли участие представители всех континентов. Выступающие обозначили проблемы, имеющие место в овцеводстве и свое видение по дальнейшему направлению в работе по повышению качества производимой шерсти и баранины, совершенствованию селекционных и продуктивных качеств разводимых мериносов, маркетингу продукции. Кстати, кадровый голод в отраслях характерен практически для всех стран, в том числе для такой великой овцеводческой державы, как Австралия.

Нам выпала возможность посетить Королевское шоу в Аделаиде, где проходили соревнования школ заводчиков мериносов, а также других видов животных (КРС, свиней, коз). Это шоу одно из самых значимых в Австралии. Здесь же были проведены торги плембаранов. Чтобы понять какого качества были представлены животные, скажу, что за барана из завода «Мурундие South» было заплачено 40 тыс. долл. Так что нам есть куда стремиться. И мы будем продолжать совершенствовать своих животных, породы. И, конечно, придем к новым технологиям.


 

 
СЛОЖНЫЕ ЗАДАЧИ РЕШАЮТСЯ СООБЩА Печать E-mail
("Сельская жизнь" №9 (23969) от 3 марта 2016 г.) 

     Национальный союз овцеводов 16 февраля текущего года собрал в стенах Всероссийского НИИ овцеводства и козоводства руководителей сельхозпредприятий, входящих в союз, в том числе из таких отдаленных регионов, как Забайкалье, Тыва, Хакасия, Республика Алтай и переработчиков – тех, кому необходима отечественная овечья шерсть, а так же представителей региональных органов управления АПК с целью выработки дальнейших путей взаимодействия по осуществлению мероприятий госпрограмм в области развития легкой промышленности и сырьевой базы для нее. 
 
      О том кому интересна поднятая тема, а кому нет, можно было судить по присутствующим. 
    Уведомленный о мероприятии за месяц до его проведения первый зам. министра сельского хозяйства России Е.В. Громыко, от которого овцеводы из двенадцати регионов ждали разъяснений по вопросу субсидирования производства шерсти в 2016 году, отраслевое совещание проигнорировал. Федеральное министерство делегировало в Ставрополь начальника отдела Депживотноводства И.М. Баглая. Минпромторг РФ на круглом столе представлял зам. директора Департамента легкой промышленности и торговли Е.В. Рыжов. 
    Овцеводам еще не приходилось видеть столько переработчиков их шерсти сразу. Брянский, Павлово-Посадский, Пушкинский, Троицкий, Свердловский и Черкесский комбинаты в лице руководителей или их заместителей прибыли, чтобы напрямую договориться о поставках сырья в нынешнем году. 
    О том, сколько в стране содержится овец и производится шерсти, собравшимся напомнил генеральный директор отраслевого союза, являющийся к тому же вице-президентом Всемирной федерации по разведению мериносов (WFMB) М.В. Егоров. По его словам, из 24,53 миллионов голов овец и коз (на 01.01.2016 г.), в сельхозпредприятиях содержится всего 18 процентов общего поголовья, от которых настригается более 10 тысяч тонн шерсти. 33 процента овец и коз находятся в фермерских хозяйствах, где получают около 19 тысяч тонн шерсти. Оставшееся поголовье, а это 49 процентов, содержится на индивидуальных подворьях. Там ежегодно настригают 28 тысяч тонн шерсти (так значится в данных Росстата). В этих цифрах скрыта огромная проблема, причем не столько агропромышленного комплекса страны (ведь хорошо, что частники сами себе находят работу и всегда имеют на столе кусок мяса), сколько проблема российской легкой промышленности. Ведь когда спроса на шерсть не стало, граждане тех самых исконно овцеводческих регионов начали, как могли, приспосабливаться к рынку – разводить тех овец, которые быстрее растут, дают больше мяса, требуют меньше ухода. В основном использовали эдильбаев, гиссаров, калмыцкую курдючную и, конечно же, не в чистоте, а скрещивали их с мериносами, поскольку помеси как раз и оправдывали их ожидания в получении баранины.
    В результате пришли к тому, что все, что состригается с овец в ЛПХ, не представляет никакого интереса для предприятий легпрома. Мало того, что шерсть эта не мериносовая, на одной овце она может быть разная по цвету, тонине, длине…
     М.В. Егоров напомнил, что в соответствии с Госпрограммой развития сельского хозяйства «На развитие производства тонкой и полутонкой шерсти» в 2015 году в федеральном бюджете было запланировано 153,5 миллиона рублей. Но в результате последующей корректировки первоначальная сумма субсидий была сокращена, ни много – ни мало, на сто миллионов рублей и составила всего 53,5 млн. рублей. Союз предложил Минсельхозу поддерживать только тех производителей, кто реально способен получить и подготовить к реализации партии однотипной качественной тонкой и полутонкой шерсти, соответствующей ГОСТу. Адресная поддержка в сумме нескольких миллионов рублей способствовала бы росту численности мериносового поголовья в хозяйстве, совершенствованию селекционно-племенной работы со стадом, направленной на улучшение качественных показателей шерсти, давала бы возможность сельхозпредприятию отправлять на курсы обучения и переобучения бонитеров, селекционеров, классировщиков и стригалей, без которых говорить о долговременной и целенаправленной работе по получению качественной шерсти не приходится.
     Но даже эти деньги, так нужные сельхозтоваропроизводителям, как отметил докладчик, до многих из них не дошли. Например, из-за отсутствия регионального софинансирования от господдержки отказались: Дагестан (24,7 миллиона рублей), Ростовская и (2,2 миллиона рублей), Волгоградская области (800 тысяч рублей) и ряд других регионов. В результате в бюджет было возвращено около 30 миллионов рублей. И это при том, что производство шерсти почти повсеместно продолжает оставаться убыточным.
   Хозяйства Калмыкии – одни из основных производителей крупных партий отечественной тонкой шерсти получили всего по 11,38 рублей на килограмм, поскольку субсидии не были увязаны с объемами производимого сырья. Их ставропольским коллегам повезло в три раза больше. Из федерального бюджета регион получил свыше 13 миллионов рублей, и добавил на софинансирование еще около 2 миллионов. В результате хозяйства получили почти 37 рублей субсидий на килограмм произведенной и сданной на отечественные предприятия тонкой и полутонкой шерсти. Ведущие племзаводы получили в среднем по 2 миллиона рублей. - И это уже чуть-чуть похоже на поддержку, - считает председатель ставропольского племзавода «Вторая Пятилетка» И.Г. Сердюков. - Во всяком случае, что-то из мероприятий, направленных на получение нужной текстильщикам шерсти, на эти деньги можно осуществить. К тому же, думаю, спрос на племмолодняк тонкорунных пород увеличится, а для племхозяйств это чрезвычайно важно.
На нынешний год в Госпрограмме на развитие производства тонкой и полутонкой шерсти было заложено 313,5 миллиона рублей. Сегодня речь идет о 150 миллионах. Но для того, чтобы деньги получить сполна, овцеводам необходимо произвести и реализовать отечественным переработчика 11 тысяч тонн тонкой и полутонкой шерсти. 
Как будут распределены субсидии и дойдут ли до производителей? Ответа на этот вопрос никто не дал, поскольку ответственным исполнителем Госпрограммы развития сельского хозяйства является МСХ РФ, а ответственному лицу министерства сказать овцеводам было то ли нечего, то ли некогда. Национальному союзу овцеводов ничего другого не оставалось, как снова направить в Минсельхоз свои предложения по которым сельхозпредприятия Дагестана могли бы получить в нынешнем году в общей сложности 52 миллиона рублей, Калмыкии – 45 миллионов, Ставропольского края – 30 миллионов рублей. Кроме того, шанс получить субсидии на шерсть есть у хозяйств еще 11 регионов.
      Кстати, довольно странная у нас сложилась ситуация. Отраслевые союзы, объединившие в своих рядах птицеводов и свиноводов, овцеводов и оленеводов (и далее по всем отраслям) созданы, но их влияние на агропромышленный комплекс совершенно условно, в отличие от других стран, где политику в отраслях и делают союзы и ассоциации. Российский Минсельхоз ни пядь земли, вернее полномочий, отраслевикам не отдает. Но если в кабинетах в Орликовом переулке знают реальную картину дел в хозяйствах, в отраслях, то почему вся господдержка носит формальный характер, а забота аграрного ведомства сводится к тому, чтобы федеральные деньги были освоены, а не к тому, чтоб каждый вложенный государством рубль принес реальную отдачу? Тот же союз овцеводов, в состав которого входят 195 сельхозпредприятий, располагает максимальной информацией о состоянии отрасли, хозяйствах и их проблемах, объемах производимой продукции и ее качестве, по его инициативе проводятся семинары классировщиков и бонитеров, региональные конкурсы стригалей, аукционы по продаже племенных баранов, выпускаются бюллетени и справочники. И все это делается за счет членских взносов, поскольку союз (как и остальные ему подобные) - организация некоммерческая. Овцеводство – не птицеводство, много с хозяйств не возьмешь, им бы самим выжить. Тут бы и надо государству в лице Минсельхоза определиться – нужны ему отраслевые союзы или нет?
     Но вернемся к мероприятию. Совещание, на котором шла речь о ситуации в отрасли, продолжилось круглым столом. Именно для участия в нем и прибыли в Ставрополь переработчики. Но с первых же минут возникло опасение, что разговора не получится. Слишком разные взгляды на шерсть у ее производителей и переработчиков и слишком категорическое неприятие проблем противоположной стороны.
    Недоумение присутствующих вызвала речь заместителя директора Департамента легкой промышленности и торговли Минпромторга России. Е.В. Рыжова. По его убеждению, деньги на шерсть государство раздает налево и направо, а хозяйства их получившие, тут же отправляют сырье за кордон. Вот и требовал чиновник закрепить крестьян за фабриками, чтоб неповадно им было подрывать экономику государства Российского. То есть ситуация должна выглядеть следующим образом – скажет ген. директор фабрики отдать ему шерсть по 100 рублей, отдадут, а скажет за пятак, придется крестьянам принять и эту цену.
    На самом же деле (и странно, почему представитель Минпромторга этого не знает) субсидии предоставляются сельсхозтоваропроизводителям, которые уже произвели и реализовали шерсть на перерабатывающие предприятия Российской Федерации на основании документов, «выданных аккредитованной лабораторией, подтверждающих реализацию шерсти (в соответствии с ГОСТом 30702-2000 «Шерсть: торговая сельскохозяйственно-промышленная классификация») и, исходя из наличия у сельскохозяйственных товаропроизводителей поголовья овец и объемов реализованной шерсти на 1-е число месяца их обращения в уполномоченный орган о предоставлении средств на производство и реализацию шерсти» (Правила предоставления субсидий). Проще говоря, деньги платятся по факту сдачи, а не за обещания.
    Что же касается закрепления, то не совсем ясно, какими нормативными документами намерен руководствоваться чиновник при введении данного крепостного права в отношении юридического лица, коим и является сельхозпредприятие? 
     А вот назвать точную потребность отрасли в шерсти на текущий год в Минпромторге не могут. Сколько ни спрашивали овцеводы – нет ответа. Знают, что в соответствии с Программой поддержки легкой промышленности произвести нужно до 2 млн. кв. м ткани для пошива школьной формы, а сколько для этого понадобится шерсти, посчитать не могут. А.В. Алдушина - заместитель председателя Комитета по шерстоперерабатывающей промышленности Союзлегпорма, исполнительный директор Национального союза производителей школьной и форменной одежды, она же директор Брянской швейной фабрики пояснила, что в 2015 году тринадцатью предприятиями отрасли было переработано 3600 тонн тонкой шерсти, 1355 тонн полутонкой и 1741 тонна полугрубой шерсти в мытом волокне. Сюда же нужно прибавить 2170 тонн шерсти в физическом весе, переработанной предприятием «Квест-А». Дефицит покрыли аргентинским топсом, которого закуплено было 600 тонн. 
    Топс, конечно, милое дело – чистый продукт, чесанная шерстяная лента без сорных примесей и соединений. Никаких заморочек. Работали бы наши камвольщики на импортном шерстяном «полуфабрикате» и дальше, кабы не предательский курс доллара, по которому топс нынче выходит золотой.
      Выступившие на круглом столе переработчики сетовали на тяжелую жизнь. И кредиты они получают не ко времени, то есть после того, как шерсть уже скупили индусы или китайцы, у которых есть возможность давать предоплату, и конкурсы они выигрывают на пошив форменной одежды для МВД по ценам прошлого года, а тут инфляция и рост стоимости сырья на 40 процентов (так ли?), и вообще милиция, точнее, полиция – она наша общая, и мы все вместе должны о ней заботиться и шерсть для кителей отдавать по ценам, приемлемым для отечественного легпрома, считает руководитель «Павлово-Посадского камвольщика» К.Ю. Коневего.
    Руководители сельхозпредприятий в ответ недоумевали – как же вы участвуете в конкурсе не зная, какой будет себестоимость вашей ткани?
     Директор производственной ассоциации «Маныч» В.В. Русановский заметил, что в нашей давно не советской стране заводы и фабрики - частная собственность, поэтому для него патриоты это, в первую очередь, крестьяне, сумевшие несмотря ни на что, сохранить мериносовую овцу.
     – Давайте работать как партнеры, - призвал присутствующих Валерий Валерьевич. – Почему переработчики не хотят озвучивать цену на шерсть? По моим оценкам, самая качественная тонкая шерсть на сегодняшний день должна стоить 280 – 290 рублей. А у нас 1 мая предлагается одна цена, 15 мая - уже другая, а к концу месяца - третья. Право производителя выбирать, кому и по какой цене продавать свой товар. Это право нужно уважать. А если продолжать играть на чувстве патриотизма, на коммерческой тайне и так далее, через пять лет качественной тонкой шерсти в стране вообще не останется. 
    Долго и горячо рассуждали собравшиеся о том, как одеть страну в шерстяное (ну хоть не всю страну, а для начала школьников и полицейских). Сказать, что пришли к общему мнению – не правда. Но, как сказал М.В. Егоров, союз прогнозировал именно такой ход событий, а потому предоставил всем присутствующим переработчикам возможность поговорить с руководителями хозяйств, как говорится, с глазу – на глаз. К сожалению, пока им именно так привычнее и проще договариваться о цене. Видимо, именно это и называется у нас рыночными отношениями.


Февраль на юге страны – начало весны. Уже в апреле чабаны Дагестана погонят овец на горные пастбища, предварительно проведя стрижку и реализовав шерсть. На чьи нужды пойдет эта шерсть, а затем и шерсть из других регионов России, и сможет ли государство компенсировать ее производство, направив тем самым сырье на развитие отечественного легпрома? Будем надеяться, что комом получился только первый блин. Ведь все мы – и колхозники, и чиновники, и бизнесмены - патриоты своей Родины, особенно сегодня, когда в мире все так непросто и неспокойно. 


Елена Молчанова,
корр. «Сельской жизни».

 
<< [Первая] < [Предыдущая] 1 2 [Следующая] > [Последняя] >>

Результаты 1 - 11 из 16
2008-2011 © www.rnso.net

Яндекс.Метрика